Я – индивидуальный предприниматель, осуществляющий свою деятельность на книжной ярмарке города Костромы, подвергаюсь постоянным преследованиям со стороны правоохранительных органов всех уровней, от отделов по борьбе с экстремизмом ФСБ и милиции до следственных отделов прокуратуры.
Преследуют меня за то, что я распространяю в своём городе печатные издания, которые, возможно, не угодны властям.
Началось всё с того, что мне пытались вменять якобы распространение запрещённой к продаже в Российской Федерации литературы. В частности, книги Истархова «Удар Русских Богов». По иронии судьбы суд, который не признал произведение Истархова «Удар Русских Богов» экстремистскойлитературой, проходил в нашем же городе. Тогда на защиту этого издания встал известный русский правозащитник Массагетов Андрей Сергеевич. Зная это, я обратился к нему за помощью по поводу преследования меня правоохранительными органами. К этому времени я успел побывать в реанимации с сердечным приступом, а мою семью – жену и сына – закидывали повестками в прокуратуру. Сам я тщетно пытался получить свои же объяснения, данные мной во время перекрёстного допроса четырьмя лицами в гражданской одежде в кабинете у следователя прокуратуры Белозерова. Но, когда за дело взялся Андрей Сергеевич, результат не заставил себя ждать: сотрудник Следственного отдела прокуратуры Белозеров проявил некомпетентность и, нарушив сразу несколько статей Уголовно-процессуального кодекса РФ, вынужден был выслать в мой адрес постановление об отказе в возбуждении в отношении меня уголовного дела.
Но на этом мои мытарства не закончились. Как мне стало известно, моё дело было передано в Областную прокуратуру на доследование. Материалы моего дела ни мне, ни моим правозащитникам до сих пор не удалось получить. С каждым новым нашим заявлением усиливалось противодействие правоохранительных органов, которые стали действовать изощрённей: вместо повесток аж целый подполковник мне принёс бумагу, которую он назвал приглашением в прокуратуру для дачи объяснений. Тогда я обратился к подполковнику Подкопаеву, как он мне представился, с вопросом, могу ли я не ходить по данному приглашению. Он ответил мне, что найдёт тысячу причин, чтобы меня туда доставить.
Под таким давлением, не рискуя своим здоровьем, я не стал сопротивляться, и меня доставили к заместителю прокурора Костромской области Веретенниковой для дачи объяснений. Там она начала задавать мне не касающиеся меня лично вопросы по какой-то анкете, которая была прислана ей якобы из Генеральной прокуратуры. Некоторые вопросы звучали так:
«Являюсь ли я руководителем или участником общины Православных Староверов-Инглингов?»
«Торгую ли я книгами серии "Славяно-Арийские Веды"?»
Поняв, чем обернётся для меня эта беседа, я обратился к правозащитникам с просьбой проконсультировать меня по данному вопросу. Заместитель прокурора Веретенникова постоянно отговаривала меня от того, чтобы я обращался к адвокату, пытаясь внушить мне, что эти показания никаким образом меня не коснутся (в процессуальном смысле). Правозащитники посоветовали мне не участвовать в этом разговоре без адвоката, так как я являюсь лицом, юридически неграмотным, а мои показания в дальнейшем могут быть использованы против меня самого. Также мне посоветовали написать жалобу на имя прокурора области, что я и начал делать прямо в кабинете у заместителя прокурора Веретенниковой. Это её прямо взбесило, и она вызвала прапорщика с вахты, пытаясь зафиксировать то, что я отказываюсь давать показания. А я, как заведённый, им твердил, что я не отказываюсь давать показания, но без адвоката не могу. После получасового препирания меня всё-таки выгнали из прокуратуры, сказав на прощание, что «этот кабинет не для жалоб!»
Через день после посещения мной прокуратуры на моём рабочем месте (книжная ярмарка) появился всё тот же подполковник Подкопаев, но теперь уже со свитой понятых, фотографов и лиц крупного телосложения в тёмных очках и гражданской одежде, с помощью которых он стал изымать у меня печатную продукцию, не предъявив мне постановления на свои действия, а просто устно мне пояснив, что он не просто так сюда пришёл, а печатную продукцию он изымает в соответствии с подозрением, что она экстремистская. Никакие мои объяснения по поводу того, что у меня имеется Федеральный список экстремистских материалов, присланный мне по моему заявлению из Роскомнадзора, и на лотке у меня нет запрещённой этим списком литературы, не принимался во внимание. Также никаким образом не принималось во внимание, что на некоторые изъятые книги у меня есть копии заключений экспертов о том, что данная литература не является экстремистской.
Так как мне не были представлены никакие документы, удостоверяющие законность производимых действий, кроме устного уведомления, мною был вызван наряд милиции, на что сотрудники, проводящие изъятие литературы, просто посмеялись и сказали, что никто не придёт, так как они уже всех оповестили. Но на мой звонок всё-таки отреагировали: пришёл лейтенант, фамилию которого я не услышал. Он сконфузился, увидев такое количество штатских крупного телосложения и подполковника Подкопаева. На мою просьбу проверить правомерность их действий он сразу принял их сторону и сказал, что всё нормально. А лица, проводившие изъятие книг, попросили его наказать меня за ложный вызов, чтоб мне было неповадно. Дело закончилось тем, что у меня изъяли печатные издания, на которые была составлена опись; я подписал процессуальные документы, один из которых вместо протокола об изъятии назывался почему-то протоколом осмотра места происшествия. Видимо, потому, что всё, что со мной произошло, кроме как происшествием никак не назовёшь.
Вечером этого же дня я попытался обратиться к подполковнику Подкопаеву с письменной просьбой о предоставлении мне касающейся меня информации, на что он посетовал, что у него нет секретаря, а он сам сейчас является исполняющим обязанности своей службы и тянет всё один на себе и поэтому у него нет времени принимать заявления, тем более, что они будут адресованы ему же. В общем, в данный момент подполковник Подкопаев является единым во всех лицах. Но я всё-таки направлю руководителю подразделения, где служит подполковник Подкопаев, заявление о предоставлении мне информации, в котором я хочу выяснить, на каком основании у меня была изъята печатная продукция, за которую я заплатил свои деньги, которая не фигурирует ни в каком списке экстремистской литературы, и на каком основании меня преследуют правоохранительные органы.
Я не хочу строить никаких прогнозов, но и так ясно, что в отношении меня пытаются сфабриковать уголовное дело. Кому и зачем это надо в нашем государстве и для того ли существуют правоохранительные органы – для меня, видимо, так и останется загадкой.
Обращаюсь ко всем средствам массовой информации, которые могут помочь в размещении этого письма. Ведь беда не ходит одна. Когда-нибудь это может коснуться каждого, и суды Вышинского возобновятся, попирая Конституцию.
С уважением, Сергей из Костромы.
